Мой Охотник  - Елена Рейн

– Ты не взрослая! – перебил брат, не желая слушать детские фантазии. Грызлов понимал, что сейчас она возненавидит его, но это ненадолго, а потом сестра будет благодарна. Он откинул окурок в сторону и громко проговорил: – Ты маленькая напуганная девочка, которая ничего нормального в жизни не видела. С ним ты и дальше будешь маленькой девочкой, так и не повзрослев, не решив, что именно тебе нужно. Послушай меня! Я тебе добра желаю. Нужно понять, что тебе действительно нужно, а не менять одного брата на другого.

Холод совсем не чувствовался, наоборот, в эти минуты Маргарите было жарко и до ужаса обидно. Она видела по суровому выражению лица брата, что ему не объяснить, ничего не доказать. Шторм решил за нее. Сдерживая слезы, девушка медленно подошла к Андрею, и, посмотрев в его серые хищные глаза, спокойно сказала:

– Чтобы не случилось у нас с Сергеем, плакаться не буду! И если в моей жизни произошла ужасная трагедия, это не означает, что теперь у меня нет мозгов, и нужно решать за меня! – девушка приказала себе успокоиться, зная, что Шторм не понимает приказов и ультиматумов, и, взяв его за руку, прошептала: – Андрей, я действительно люблю его. Поверь.

– Нет, – гневно выдал мужчина, не желая слушать. – Это все детская влюбленность. А как только Волков получит твое согласие, ему уже будет плевать на все. Он не отпустит, даже если ты поймешь, что совершила ошибку. Охотник для себя уже все решил. И если сейчас ничего не сделать, потом даже я тебе не помогу.

– И не нужно! Не нужно! Оставь нас в покое! – с обидой прокричала девушка, хватая брата за черную спортивную куртку, дергая на себя. Сглотнув и решив, что бесполезно, она попросила: – Я тебя прошу – не вмешивайся. Мне решать. Только мне!

– Нет, – сурово произнес Шторм ей в глаза.

– Ты ошибаешься! Ошибаешься! – гневно воскликнула девушка и, резко убрав свои руки с его груди, побежала в сторону дома, не понимая брата, и надеясь, что он ничего не сделает.

Он не сможет…

Грызлов смотрел вслед сестре, сжимая руки в кулаки. Как только Рита скрылась за домом, вновь достал сигарету и закурил, считая, что поступил верно. Охотник сделает свое дело, в этом не было сомнений. Он не оставил ему выбора. Так будет лучше для всех, а потом… судьба покажет.

***

Рита ходила по комнате и смотрела на часы. Она не понимала, почему Охотник так и не позвонил. Обещал, но не выполнил обещания, что на него было совсем не похоже. И телефон у него выключен. Что же такое? Девушка не находила себе места.

Еще разговор с братом не давал покоя. Шторм был категорично настроен, это вызывало грусть и обиду. Казалось, все против нее.

Не выдержав невыносимого ожидания, Рита решилась поехать к Волкову домой. Одела теплый свитер, натянула джинсы и вышла из комнаты.

Спустившись на первый этаж, услышала повышенные тона из кабинета. Понимая, что это Лера и Шторм, решила идти дальше, как вдруг услышала:

– Грызлов, ты сволочь! – гневно воскликнула Валерия, вкладывая в свое возмущение огромную ярость.

– Лера! Так нужно! – громко ответил Андрей, что девушке показалось, брат сказал это ей. Чувствуя неудобство, Рита вновь отступила, но не ушла, слыша ответ женщины:

– Ничего не нужно! Тебя забыли спросить. Ты кто такой, чтобы распоряжаться чужими судьбами?!

– Черт, я жалею, что сказал тебе.

– Жалеет он! Да я, вообще, с тобой не хочу говорить. Чудовище! За кого я замуж вышла?! – образовалась пауза, а потом Валерия продолжила: – Нет, скажи, ты кем себя возомнил? Вот кем?

– Лер, успокойся. Все будет нормально.

– Сам успокаивайся! И ко мне не подходи! Понял? Раз такой подлый эгоистичный, то…

– Да с чего это? Еще как подойду и не только, – с настоящей яростью ответил Шторм, отчего можно было сделать вывод, что слова жены вывели мужчину из себя.

– Обойдешься, Грызлов! А будешь так поступать, решая за всех, разведусь с тобой! – гневно воскликнула Валерия, на что получила:

– И не надейся, любимая! Нужно будет – привяжу в спальне и лично буду охранять. Размечталась она, – ледяным тоном заявил Грызлов, находясь на грани.

– Забыла тебя спро…

Валерия недоговорила, потому как послышался шорох, писк, громкое падение книг со стола, а потом тишина, сопровождаемая странными звуками.

Девушка улыбнулась, прекрасно зная, чем заканчиваются перепалки брата и его жены, но так и не поняв, почему ссорились двое родных людей. Пожав плечами, Рита направилась на выход.

Надев куртку и белую шапку, Соркина подошла к входной двери. Хотела заказать такси, как к ней подошел высокий поджарый мужчина в черном костюме и спокойно произнес:

– Маргарита Антоновна, добрый вечер. Я отвезу вас туда, куда скажете.

Девушка повернулась к охраннику, чувствуя неловкость, ведь она не предупреждала, да и поздно уже, и проговорила:

– Евгений, я…

– Извините, но я отвезу вас лично и куда угодно, но только буду рядом, чтобы исключить неприятные ситуации.

Вспоминая свой поход в клуб, Рита вздохнула и проговорила:

– Хорошо. Будьте добры.

Через пять минут Соркина сидела в салоне, наблюдая через стекло за деревьями, домами, остановками, людьми. Все торопились, спешили куда-то, отчего ей казалось, что город – это муравейник, где люди – муравьи.

«Почему же он не приехал? Почему?» – не понимала девушка, задавая себе вновь и вновь этот вопрос.

Остановившись у нужного дома, она вышла. Евгений, провожая ее до подъезда, по пути достал сигареты из кармана брюк. Девушка поднялась на нужный этаж и уже у заветной двери замерла, чувствуя себя именно сейчас ненужной, наглой, навязывающейся мужчине, когда он этого не хочет. Решив, что раз уже здесь, нужно войти, взяла себя в руки и позвонила.

Не открывали. Девушка позвонила еще раз, а когда подумала, что его нет дома, то послышались шаги, и дверь открылась. На пороге стоял Охотник с белоснежным полотенцем на бедрах с мокрыми волосами после душа. Мужчина просто смотрел на нее, не приглашая в квартиру. Не понимая, почему Сергей так холоден, после того, что произошло и того поцелуя в саду, девушка прошептала:

– Ты не приехал, и я подумала…

– Я был занят, – грубо проговорил Волков, убивая своим ледяным тоном.

Рита не знала, как быть. Она стояла у двери, чувствуя, как в груди клубится опустошение, с каждой секундой разрастаясь, отчего чувствовала себя невероятно ужасно. Посмотрела позади него, понимая, что мужчина даже не предложил пройти, закрывая проем невероятно-огромным сильным телом. Решив, что случилось плохое, и мужчина зол, она закусила губу и протянув руку, дотронулась до его руки, нежно касаясь, надеясь, что его плохое настроение рассеется. Чувствуя, как дернулась рука под ее пальцами, она замерла, тут же с ужасом наблюдая, как мужчина убрал ее.